Post has attachment
Мизансцена мертвого города
Из-за кактуса на подоконнике:
Крупный план на тупого прохожего,
Что несет в своей сумке покойника,
Расчленив его прежде на кухне
За одно лишь неверие в Бога…
Крупный план сменился на общий:
Этих странных прохожих много.
Photo

Суперсолнце

Примерно в 13.45 11 июня я потерялся в этом, раскаленном жарой городе. При себе у меня было 10 гривен и пачка Винстона, лишенная 3-х сигарет на остановке, где я ждал свой ограниченный мир. Не стоит удивляться, что я так разговариваю – всё это работа, учеба, питание, и, мой гниющий от прокисших новостей мозг. Просто я уже год как не живу в мире новостей, не знаю кто пришел к власти после последних выборов в Боливии и, честно говоря, подзабыл все модели самолетов выпущенных Люфтваффе в период с 1939 по 1945 года. Я люблю таблетки и пиво. Хотя нет, пиво – это так…
Мне пришлось долго стараться, чтобы наконец спрятаться от солнца. В тени огромных, как мне казалось, деревьев одного из киевских сквериков. Я кормил голубей. Представляется мне, что эти небесные птицы – просто дешевая религиозная шелуха за крошку извалявшуюся в зараженной, плевками туберкулезников и сифилитиков, пыли.
В то утро я решил, что-то кардинально поменять. Это необычная генерация идей – поиск выхода из придуманного заточения. Я разрушаю мир. Менять что либо нужно кардинально либо вообще не касаться этого. 14 см, простенькая рукоятка и острое лезвие.
Обычно убивают ночью, когда злодеяния скрывает темнота, в непогоду(характер убийцы располагает к действиям основываясь на определенно странных факторах).
35 по Цельсию или 95 по фаренгейту, 14 человек рассредоточенных по лавочкам, две из которых были заняты мной и моей жертвой, 13.55 ( а не целесообразные 00.00, скажем).
Она читала Мураками, рядом с ней стояла полулитровая бутылка минеральной воды и у нее были огненно рыжие ровные волосы. Белая в обтяжечку футболка с разноцветными кляксами выдавала ее маленькую грудь. Разорванные на коленях джинсы и серые чешки. В общем она мне нравилась. 
Еще мгновение я мешкал, но спустя 4 секунды стоял с оголенным ножом перед обескураженной жертвой.
Время остановилось. Горячий поток прошел мимо и отбившись от деревьев сконфигурировал в голое небо. Я почувствовал как все мои нейроны зависли над захлебывающемся от эйфории мраком, какой только мог родиться в моем сознании.
В этой агонии я не учел одного фактора, обычно мешающего сотворить злодеяние безнаказанно или вообще сотворить его. СЛУЧАЙНОСТЬ!!!
Чувство, как чии-то подошвы, вонзаются в мой череп, вгоняло меня в незыблемо склеенный из боли и помешательства мир. Боль, кровь, сука, пыль. Вытекающая реальность поменяла жертву и хищника местами…
Три года утомительного лечения превращающего человека в мыслящее растение. Феназепам, смирительная рубашка, уколы, процедуры, таблетки (помните? я люблю таблетки).
В начале я пытался отвечать на их вопросы, но со временем мое больное (по их мнению) сознание отслаивало меня от целесообразности их психиатрических методов. Лечение помогло моему телу спуститься на уровень ниже в самообладание. Тишина стен, редкие шаги по коридору, тошнотворные мысли (полтора года как они ко мне вернулись, и их долбаная терапия не в состоянии удалить это из моего внутреннего пространства). Шесть дней я ждал возможности выйти на свежий воздух. Тут я гулял, слушая как за огромным забором шумят машины, обнажая торс, чтобы солнце могло обдать меня загаром. Я почему-то наполнялся диким блаженством в осознании того, что мое тело станет немного темнее обычного.
В один из таких дней, когда солнце будто в зговоре со мной работало в сверх режиме, ко мне пришел посетитель. Странно!!!!! В первые за все это время – посетитель.
Это была девушка.
Я, простите, охуел!!!
Та самая девушка!
В дворике было одиноко. Я сидел на лавочке, рассматривая трещины в старом асфальте. Она подошла и села рядом. Она была в коротеньком сарафане и я даже восхитился ее ножками.
-Здравствуй
Я молчал.
-Помнишь меня?
-Нет
Она встала прямо передо мной, у нее в руках был нож, точно тот самый.
Она занесла руку за шею, что-то там дернула и с легкостью ветра сарафан обнажил ее тело. Ровные ножки, красивый животик, с пирсингом в пупке и маленькие, с торчащими несуразно сосками, груди. 
Я резко поднялся, постепенно теряя рассудок от такого хода событий.
Она уже протягивала мне нож. Я выхватил его и ударил ей в сердце. Она захлебнулась своей мгновенной смертью упав наземь, окоемляя себя лужей крови, вытекающей из ее груди.
Я стоял над ней с ножом в руках, погружаясь в какую-то нелепую зжиженую среду непонимания, восхищения и бреда. Ветер вздернул мои мысли и я мгновение огляделся. Мир умер. Не было ни бегущих в истерике врачей, никого абсолютно. Только я, тело и суперсолнце, раскаляющее потрескавшийся асфальт. 
Она лежала бездыханная, я наклонился, дотронулся до ее плеча, а она вдруг зашевелилась, резко встала и выдернув у меня нож ударила себя им в живот, а потом в колено и еще в висок. 
Знаешь кто я? - сказала она невозмутимо, я твое сознание…

Sergey Yusipyuk
"Человек, которого я убил"

Я не хотел. Ну, тоесть хотел. Но я искренне сожалею об этом. Хотя, если он попадет в рай, то выходит , он мне должен, а если нет – он был плохим человеком. Вывод логичен: я сделал доброе дело.
В принципе, никто никогда не узнает. Я…сейчас настроюсь…перед тем, как его похоронили, я лежал в его гробу, даже примерял его одежду. Странно, но она на удивление мне подходила.
Он был ничтожеством. Это подпункт. В детстве…не будем про детство. Однажды он стоял на крыльце своего уютного, дурацкого, рутинного дома и курил. Курил он так много, что не помоги я ему, он все-равно умер бы очень скоро. Так вот, он все прекрасно видел, видел, как избивали ее, потом швырнули в грязь и кинули там страдать. Он мог заступиться, мог ей помочь, мог ее полюбить. Как-то случайно попалась на глаза мне эта картина. Я помог ей приподняться и посадил ее на парапет. Ее лицо было покрыто гематомами и ссадинами. 
-Извините, чуть-чуть не успел. Подонки!
Она молча смотрела на него, будто пытаясь запомнить каждую деталь это ничтожного человека.
-Он тоже поддонок.
Она бросила на меня странный взгляд и мне показалось, что она больше злилась на меня, а не на тех уродов, что ее избивали.
Вызвать скорую? я достал мобильный.
-Нет.
Она оттолкнула меня и, встав, хромая пошла мимо детской площадки, позже скрывшись в арке.
Я конечно могу и ошибаться. Потому, как слишком часто встречал этого человека, которого я убил. Мы с ним жили в одном подъезде. Иногда он мог, ни с того ни с сего, выйти в парадник с кучей инструментов, что-то ремонтировать, красить, белить. У нас очень красивый подъезд, все поручни как новенькие, стены всегда чистые, не разрисованные, стекла на месте. Местные старухи его очень любили. Приветливый малый. Да и мужику его уважали. Он ведь закончил…этот… автотехникум. Чёто там подремонтировать, помочь по мелочи никогда не отказывался. Он работал менеджером в какой-то торговой компании, ездил на Шкоде. И жена у него красавица. Только детей не было. Не знаю почему. Я как-то пробрался к нему в комнату. Украл пару фотоальбомов. Вот. Тут фотографии с детства и до сейчас. Мне они больше не нужны. Я думаю их стоит спалить. У меня есть дневник его жены. Но знаете, не охота Вас посвещать – слишком брутально. Не  красиво. Я его три раза читал. Это очень грустно, до злости грустно. Все-таки он был скотиной.
Как я убил его?
Ну вы все знаете сами. Как это бывает. Ночь. У меня была с собой бутылка водки и ключ на крышу. Странно, но он тоже там был… Убивал я еще кого-то? Глупый вопрос. Только его. Наверное я не попаду в рай, как и он.
Глупый закон.
Wait while more posts are being loaded