Post has attachment
http://astrolabium.com.ua/gobit_abo_tudy_i_zvidty-tolkin_dzhon_ronald_ruel.html

Гобіт, або Туди і звідти

Джон Рональд Руел Толкін

Це історія надзвичайної пригоди, яку втнула ватага ґномів, узявшись відшукати загарбане драконом золото. Мимохіть учасником цієї ризикованої виправи став Більбо Торбин, прихильний до комфорту і позбавлений амбіцій гобіт, котрий, на власний подив, виявив неабияку винахідливість і вправність у ролі зломщика. Сутички з тролями, ґоблінами, ґномами, ельфами та гігантськими павуками, бесіда з драконом, Смоґом Величним, і радше мимовільна присутність на Битві П’ятьох Армій — ось лише деякі пригоди, що їх судилося пережити Більбо. Але траплялись і світліші моменти: щира дружба, смачне частування, сміх та пісні. 
Написаний професором Толкіном для власних дітей, «Гобіт» відразу ж по виході у світ зустрів палке схвалення. Ця дивовижна історія, цілком закінчена та вивершена, водночас є преамбулою до «Володаря Перснів».

Post has attachment
http://astrolabium.com.ua/tomek_na_stezhci_vijny-shkljarskyj_alfred.html

Томек на стежці війни
Альфред Шклярський
Книга продовжує легендарну пригодницьку серію відомого польського письменника Альфреда Шклярського (1912–1992) про захопливі пригоди юного мандрівника Томека Вільмовського. У цій історії Томек, у супроводі боцмана Новіцького, вирушає до Північної Америки аби відвідати Саллі, яка у той час гостювала у Нью-Мексико, та завербувати для одного з європейських цирків групу індіанців. Та охочого до пригод хлопця втягує вир неспокійного життя на мексиканському прикордонні. Доля його зводить із індіанцем Червоним Орлом і з провідником групи повстанців Чорною Блискавкою. Він полює на орлів, бере участь у родео, але, перемігши на верхових перегонах, несподівано наживає впливового ворога — багатого мексиканського ранчеро, що, врешті, обертається справжньою війною, бо тепер він мусить рятувати викрадену Саллі. Та на допомогу приходять вірні друзі… А далі на Томека чекає небезпеча мандрівка Індією, Тибетом і Китаєм.

Post has attachment
http://astrolabium.com.ua/tomek_u_krajini_kenguru-shkljarskyj_alfred.html

Томек у країні кенгуру

Альфред Шклярський

Цей твір Альфреда Шклярського (1912–1992) — відомого польського письменника з неабияким педагогічним талантом, володаря престижних літературних премій і читацьких сердець — започатковує легендарну пригодницьку серію з дев’яти книг, які об’єднує спільний герой, юний мандрівник і знавець географії Томек Вільмовський. У першій історії Томек зустрічається з батьком, котрого він давно не бачив, навчається стріляти, рятує життя батьковому другові та переживає небуденні пригоди під час небезпечної, а проте такої захопливої експедиції звіроловів у степах Австралії. А далі на справжніх поціновувачів книжкових мандрів чекатимуть не менш цікаві пригоди в Африці, Америці, Індії та на Далекому Сході.

Post has attachment
http://astrolabium.com.ua/zvirjatka_u_moemu_zhytti_druge_dopovnene_vydannja-krushelnycka_larysa.html

Звірятка у моєму житті. Друге, доповнене видання
Лариса Крушельницька
Автор книги — відомий український учений-археолог, громадський діяч і письменник — щиро й цікаво розповідає про тих тварин, які супроводжували її упродовж усього життя. Поєднання сумних і кумедних обставин, тонке плетиво мудрості й легкості приваблять і юного, і зрілого читачів. Та неодмінно нагадають про найважливіші людські цінності: любов, чесність, жертовність, відданість і патріотизм. Книга оздоблена ілюстраціями автора.

Post has attachment
Маркус Зузак, «Книжный вор».
Детская ли это книга?
Ну, если в моем детстве бытовали книжки о пионерах-героях и молодогвардейцах, то почему нет? И если у издателей бытует мнение, что «подросткам интересно читать о своих ровесниках» - то тем более. Потому что «Книжный вор» - книга о подростках и силе слов. И еще - о смерти.
Как говорил Гендальф Серый, мы не выбираем время. Все, что мы можем выбирать - хотя этого Гендальф и не говорил - это слова.
Что делали дети в Германии эпохи нацизма? Ходили строем, вскидывали руки в нацистском приветствии и обожали фюрера – это знают все. Особенно хорошо это знают те, кто ходил строем, вскидывал руки в пионерском салюте и молился на портрет Ленина. Но мы-то еще играли в футбол, влюблялись впервые в жизни, скучали на уроках, получали взбучку от учителей и родителей, воровали яблоки в совхозном саду. Учились хранить секреты. Решались или не решались на первый поцелуй. Дрались и побеждали. Дрались и проигрывали.
Вы, может быть, удивитесь, но они тоже делали все это. Эти мальчишки, которых с десяти лет облачали в форму гитлерюгенда, и девчонки, на которых напяливали форму БДМ. Их, как и нас, никто не спрашивал, хотят ли они этого, как не спрашивали в моем детстве о желании носить пионерский галстук и участвовать в дурацких «зарницах».
Впрочем, главная героиня делала кое-что еще. Она воровала книги. И делала еще кое-что противозаконное. Нет-нет, никакого пионер-героизма, никакого сопротивления, расклеивания листовок, развешивания флагов и прочих прекрасных пионер-геройских и молодогвардейских вещей. Она просто вместе с приемными родителями прятала в своем подвале на Небесной улице еврея.
Книга вызывает противоречивые чувства. Не только у читателя – у самого писателя. Еврея, который пишет о немцах. Пишет с юмором, симпатией и жалостью – и сам удивляется себе. Неужели ему их жаль – всех этих глупых теток, ограниченных лавочников, вечно голодных подростков, ищущих, чего бы украсть (и только одна глупая девчонка крадет из богатого дома не еду, а книги!), маленьких детей, ревущих в подвале во время налета. Тех, кого рассказчик уносит на своих крыльях из разгромленного Дрездена, Кельна, Гамбурга. Да и тех, кого он забирает сразу толпами из-под кровавых небес Сталинграда. Их матерей, для которых, прямо на их убогих «кюхен», наступает вечная зима – потому что маме совсем неважно, где и во имя чего погибло ее дитя.
Неужели ему их жаль?
Да. Жаль. Автор честно в этом признается устами своего рассказчика: мне их жаль, хоть, может, немного меньше, чем тех, кого я забирал из «душевых».
Дело в том, что рассказчик – Смерть. Существо сверхъестественное – к счастью для него, поскольку ни одно реальное существо ни за что не справилось бы с тем количеством работы, какое выпало на долю рассказчика во время Второй мировой. Ах, да, реальное существо к тому же наверняка в два счета спятило бы.
«Книжный вор» - настоящая подростковая книга или, как принято называть этот жанр, «книга взросления». В которой то и дело прорезается недетская воннегутовская сардоническая нотка. И хотя в этой книге напрочь отсутствует саспенс – рассказчик не скрывает своих намерений в отношении каждого героя и даже, кажется, с некоторым удовольствием спойлит, - это, несомненно, одна из самых страшных книг взросления, какие мне приходилось читать.
Так давать ли ее детям? Мое мнение – да. В конце концов, для них в подростковом возрасте уже не секрет то, что рассказчик выводит в начале книге в качестве дисклеймера: однажды вы умрете.
Как жить с этой мыслью? Играть в футбол, добиваться поцелуя, скучать в школе? Воровать книги? Скручивать папе самокрутки? Прятать еврея? Когда Смерть постоянно стоит рядом и не позволяет тебе забыть о себе?
Да. Люди удивительны. Это не мое мнение – так говорит Смерть. А уж она кое-что знает о людях.
Photo

Post has attachment
Jo Walton, Among Others/Джо Уолтон, «Среди других».
Эту книгу трудно выпустить из рук, пока не закончишь читать. А закончив, вы уже никому ее не отдадите – будете держать под рукой. Во-первых, потому что она прекрасно написана. Во-вторых, потому что это своего рода библиография. Героиня – девочка-подросток, которая сбегает от матери после трагической гибели сестры-близнеца и оказывается в закрытой школе для девочек. Школа время от времени выглядит парафразом на Хогвартс – четыре колледжа, названные в честь английских поэтов, соперничающие между собой, причем этот «коллегиальный» дух выпускницы сохраняют на всю жизнь. Во всяком случае тетки героини – «настоящие ведьмы» - очень обрадовались тому, что героиня попала, как и они в свое время, в «Скотт». Ну и, конечно, постоянный запах магии в воздухе – правда совсем, совсем не по-роулинговски.
Мировоззрение главной героини этого романа-дневника сформировано книгами. Причем в основном фантастикой с небольшими вкраплениями исторических романов. То есть героиня в чтении почти всеядна – но именно фантастика играет в ее жизни особую роль. Если в сентенции «мы то, что мы едим» есть хоть доля смысла, то героиня – настоящая книгожорка – действительно большей частью состоит из того, что она прочитала. Книга, надо думать, хотя бы отчасти автобиографическая – очень уж хорошо автор знает, что книги способны сделать с тобой и миром вокруг.
До самого конца читатель остается в недоумении: что из описанного в дневнике героини происходит в реальности, а что – игры воображения, химеры сознания, битком набитого фантастикой и искаженного постоянной болью физической и душевной. Рассуждения героини о природе магии, о том, откуда взялись феи, накладываются на вопросы жизни, смерти и любви, которые как раз в этом возрасте открывает и начинает осознавать подросток. Так может, все эти феи – только метафоры? И мы имеем дело вовсе не с фантастическим романом, а с элементами магического реализма в традиционном «романе взросления» или «школьном романе»? Но как только вы убеждаете себя в этом, как автор снова погружает вас в сугубо фантастическую обстановку или сбивает с толку очередным «естествннонаучным» обоснованием магии.
Главная слабость книги – финал. Чарующую жанровую неопределенность автор бестрепетно приносит в жертву рыночным правилам, согласно которым каждая книга должна четко соответствовать определенной рубрике. Поэтому автору следовало так или иначе определиться, на какой полке окажется книга – «фэнтези» или «литература для подростков». Не скажу, какой именно выбор сделала автор – дабы не спойлить. Скажу лишь, что испытала разочарование. Не из-за выбора автора - нет-нет, никаких предубеждений ни к одному из жанров, лишь бы написано было хорошо. Просто финальная сцена показалась надуманной и какой-то жанрово шаблонной. А может, меня просто мучает обида на автора, который не дал мне возможности после прочтения книги еще долго-долго догадываться и склоняться то к одной версии, то к другой, раздумывая, где здесь действительно магия и феи, а где – фантазии травмированного сознания взрослеющей девочки.
К этой книге вы будете возвращаться, даже если вам не захочется ее перечитать - ради списка литературы. Героиня на протяжении всего повествования постоянно ссылается на книги, которые она читала или читает в данный момент. И это, я вам скажу, впечатляющий список, тем более для пятнадцатилетней девочки. Я, хоть и считала себя опытным читателем-фантастом, открыла массу нового. И нашла множество ответов на традиционный для любителя чтения вопрос: «что бы такого почитать?» Правда, действие романа происходит в 1979 г., поэтому список литературы ограничивается тем, что было издано в англоязычном мире до этого времени. Но и это - совсем немало.
Photo

Post has attachment
Умберто Еко, Евдженіо Кармі, «Три оповідки»,
Видавництво «Лаурус»
Прецікава книжка. Але дуже коротка – не обманюйтеся кількістю сторінок Ваги книзі надає оригінальне оформлення.
Не можу погодитися з тими, хто називає цю книгу „дитячим научпопом”. Так, в ній є і про атоми, і про подорож на Марс, і про інопланетян. Але ці атрибути начебто „наукової” (фантастичної чи популярної) літератури тут не визначають жанру. Окрім хіба-що першої оповідки – „Бомба і генерал”, з якої читач дійсно може дізнатися дещо про атоми і особливості їхньої взаємодії. А загалом всі три оповіді – намагання казки з „нетрадиційними” героями і чітким – часом навіть плакатним - „добрим молодцам уроком”. Тема першої казки – пацифізм, другої – толерантність, третя присвячена темі екологізму у протиставлені сучасному розумінню прогресу.
Втім, казку справжній майстер можна зробити з будь-чого. Це доводять блискучі перша і третя оповіді. І навіть такий автор, як Умберто Еко, може зриватися у відверту пропаганду, як доводить друга оповідка.
Оформлення книги заслуговує на окремий абзац. Це свіже рішення, цілком несподіване для дитячої книжки. Той, хто буде читати „Три оповідки” без ілюстративного супроводу (в електронній версії, наприклад), втратить половину чарівності цієї книжки. Навіть гадки не мала, що колись у житті таке напишу, але ось маєте: тільки папір!
Дитина восьми років прочитала на одному диханні.
Photo

Post has attachment
Катя Матюшкіна, „Кіт да Вінчі. Посмішка Анаконди”, „Кіт да Вінчі. Пограбування банки”,
Переклад з російської Оксани Думанської та Надії Кир’ян
Вид-во „Рідна мова”
На мене, на дорослого читача, книга справила дивне враження. Почати з того, що це доволі несподівана як на мене ідея: вся ця серія – розбишацькі фанфіки на популярну попсову кіно- та книжкову продукцію, адаптовані для дітей і зроблена, здається, заради задоволення чистим стьобом.
Додайте складнощі перекладу. Адже тут, відповідно до жанру, багато залежить від мовної гри. Хоч назву візьміть: „Кіт да Вінчі. Посмішка Анаконди” це зовсім очевидно „Код да Винчи. Улыбка Джоконды”. З перекладом все, як на мене, вийшло добре. Не знаю, чи багато загубилося при переклаі – хоча перекладачі багато чого „врятували”, підозри про те, що щось таки було загублено, залишаються.
Книга – цілковите попурі. Окрім постійного впізнавання окремих моментів з відомих дитячих і дорослих творів, вона збагачена різноманітними асоціаціями і натяками, які ніяк не можуть бути зрозумілі маленьким читачам-слухачам. Тобто вони, мабуть, спрямовані на те, щоби і дорослим теж було чому посміхнутися. Натяки, щоправда, як на мене не надто дотепні, якісь попсові – але це цілком підходить під загальну стилістику книжки.
Так, книжки цієї серії попсові, як і їхні прообрази. Тут все відверто і гармонійно - ілюстрації, ігри, шаради, пропозиції намалювати за схемою порося, равлика, монстра, виписати собі посвідчення генія і таке решту. Все дуже яскраво, впізнавано, смішно. Місцями – можна здогадатися – стьобово, але аби це зрозуміти, треба бути доволі досвідченим читачем. Чимось це схоже на старі диснеївськи мультфільми – жартівливі бойовики, в яких любителі постмодерну знаходять для себе легку поживу.
Результат дуже передбачуваний – дитина 4-х років у захваті. Вона знає всіх героїв, з задоволенням розглядає картинки і намагається запам’ятати складні слова – яких автор не уникає, і правильно робить. Але малювати за наданими схемами не має жодного бажання, до речі. Як і виписувати собі посвідчення генія. Тобто ігрова складова книжки в нашій родині популярністю не користувалася. Втім, так само, як і мої намагання перевести розмову на Леонардо да Вінчі і „Джоконду”. Про якого, як з’ясувалося – от, жах! – мої діти мають уявлення, завдяки мультфільму про Рожеву пантеру.
Мабуть, наступною покупкою буде книга Барб-Галль про те, як розповідати дітям про мистецтво. Ну і ще книжок про Кота да Вінчі їм куплю, чого вже там...
Photo
Photo
2015-05-18
2 Photos - View album

Post has attachment
Отфрид Пройслер “Маленькая ведьма» (вариант перевода «Маленькая Баба-Яга»)
Маленькая ведьма просто хотела потанцевать в Вальпургиеву ночь, а старые карги – взрослые ведьмы - решили, что ей еще рано! И, как это часто бывает между взрослыми и детьми, наказали. И взяли с Маленькой ведьмы обещание, что за год она станет хорошей ведьмой, достойной участвовать в праздничном хороводе. Пришлось нелегко. Вы бы тоже попыхтели – и еще неизвестно, кто справился бы лучше. К счастью, Маленькая ведьма немного умеет колдовать. А мудрый и осторожный друг ворон дает время от времени недурные советы.
Но решения все равно надо принимать самой. Иногда трудные. Вы вот как думаете – пятница для ведьмы или ведьма для пятницы? Маленькая ведьма, конечно, все перепутала и поступила совершенно правильно.
За год она стала не просто хорошей – самой лучшей ведьмой на свете. И что вы думаете? Старухам снова не понравилось! Но Маленькую ведьму не легко сбить с толку, когда речь заходит о добре и зле.
«Маленькая ведьма» - сказка о том, что такое хорошо и что такое плохо. С точки зрения ведьмы, разумеется. Книга веселая, добрая, озорная и ни капли не назидательная. За назидание в ней предполагается высшая мера наказания – как для ведьм, само собой.
Книгу читали с восьмилетним сыном. К обоюдному восторгу.
C Пройслером я познакомилась уже взрослой. То ли в СССР его не жаловали, то ли мне не повезло. Оказывается, он немецкий («лужицкий») серб. Воевал во Вторую Мировую на восточном фронте. Был в советском плену. Выжил. Вернулся домой. После этой мясорубки стал, наверное, одним из самых светлых детских писателей. Не считая, впрочем, «Крабата» - действительно, страшненькой сказки.
Photo

Post has attachment
Корнелия Функе. „Чернильное сердце”, „Чернильная кровь”, „Чернильная смерть”.
„Чернильная серия” считается трилогией в жанре фэнтези. Хотя „Кровь” и „Смерть” – фактически, две части одной книги. Они-то как раз принадлежат к жанру фэнтези, ибо переносят читателя в мир меча и магии, фей и эльфов, разбойников и принцесс, жестоких властителей и благородных комедиантов. Впрочем, на классическую фэнтези все равно не рассчитывайте. Я уж не знаю, о чем думают люди, которые упрямо сравнивают «Чернильную серию» с «Гарри Поттером» - это совсем, совсем разные вещи. Тут и магия совсем не та, и мечи в каких-то случайных руках, и эльфы – медоносы.
Но все это - потом. А первая книга – «Чернильное сердце» - вполне самостоятельное произведение, которое я отнесла бы скорее к приключенческому, чем к фантастическому жанру. Конечно, есть некоторые элементы сказочности – перемещение между реальностями, появление в финале всяких сказочных существ – но все это не более чем элемент антуража. В самой истории почти ничего фантастического нет. И от этого только страшнее.
Страшно – вот, пожалуй, главное впечатление от этой серии. Очень страшно, поверьте. Не за счет натурализма, размазанного на много страниц насилия и прочих дешевых трюков. Страх разлит в воздухе. Вы дышите им от страницы к странице. Вы задыхаетесь. Если у вас есть хоть капля воображения и жизненного опыта – берегитесь, к середине третьей части вам может угрожать даже легкая депрессия. К счастью, подростки, на которых рассчитана книга, воспринимают все немного иначе - у них другие отношения со страхом. Или лучше сказать „страхами”. Не знаю, сколько себя вложила Функе в образ старика Фенолио, но одно общее у них точно есть – злодеи ей удаются прекрасно, злодейства – и того лучше, а уж атмосфера страха и покорности, в которой процветает злодейство, – просто превосходно.
„Чернильная серия” – почти классический образчик „истории взросления” девочки. Тут и столкновения со „взрослым” (очень жестоким) миром, предательства, битвы один на один, необходимость выстраивать отношения с окружающими, в том числе, самыми близкими, проблема выбора и, всенепременно, первая любовь. Но все это «взросление» надежно отодвинуто на второй и даже местами третий план, поскольку главная героиня, что бы она о себе не мнила, - вовсе не главная. Главная героиня этой серии – Книга.
Функе сумела красиво и доступно раскрыть суть популярного среди гуманитариев тезиса о том, что «мир – это текст». Мир «Чернильного сердца» - книги, написанной одним из героев – не просто оказывается некой художественной реальностью, из которой могут прийти злодеи в наш мир и хорошие люди – в «их». Мы можем себе позволить считать это «метафорой». По крайней мере, в первой части. Если исключить образ Сажерука – не такой он человек, чтобы так страдать из-за какой-то там метафоры.
В книге о книге писатель вольно или невольно раскрывает массу профессиональных секретов. О том, что книги не «пишут» - они «пишутся», и власть автора над созданным им миром почти так же ограничена, как власть любого другого человека в этом мире. Писатель - ребячливый творец, который играет словами, не думая о том, что играет судьбами людей и целого мира. Но однажды приходит тот, кто делает сказку былью - и творец, увидев результат, хватается за сердце.
Читатель – вот кто настоящий вершитель судеб мира-Книги. Он может помочь автору что-то изменить в его собственной истории к лучшему – но мир слишком сложен и богат, чтобы просчитать все последствия даже самого благого намерения. Да и читатель у него может быть не один. У читателя могут быть разные роли, все они судьбоносны – и когда он просто читает (только пускай вас не обманывает это «просто» - это как раз очень непросто), и когда принимает на себя роль одного из «носящихся в воздухе» персонажей. И даже раздражение писателя фанфишеном и фикрайтерами нашло отражение на страницах этой книги. Как и признание в любви. Да, авторы влюбляются в своих персонажей – и тогда даже смерть не разлучит их.
Когда – особенно в третьей части – вы почувствуете, что больше нет сил читать о злодействах или вместе с главными героями переходить от растерянности к горю, от горя – к отчаянию, от отчаяния – к истерическим поступкам, порождающим новые беды, присмотритесь к образу Фенолио. Он, конечно, вздорный старик и ведет себя как ребенок. Но это добрый ребенок. И не смотря на то, что образы злодеев – его основной талант, - его книга в сущности не может быть злой. Так вот, чтобы вы в особо страшный момент не лезли на последнюю страницу (вы, кстати, найдете там небольшой путеводитель по «чернильному миру»), я скажу вам прямо сейчас: ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО.
Photo
Wait while more posts are being loaded