Profile cover photo
Profile photo
predmet.com.ua
24 followers
24 followers
About
Posts

Post has attachment

Post has attachment
Add a comment...

Post has attachment
Женщина совершенно заполнена половой жизнью, Мужчина знает еще много других вещей: борьбу и игру, дружеское общество и пирушки, спорт и науку, обыденные занятия и политику, религию и искусство. Я не говорю о том, было ли когда-нибудь иначе – это касается нас меньше всего.
Исключительное и постоянное половое влечение женщины в физическом и психическом отношениях имеют и дальнейшие важные последствия. Половое влечение мужчины является только придатком, а не решающим моментом. Вот почему это обстоятельство дает ему возможность психологически осознать его и выделить из общего фона. Вот почему мужчина может противопоставить себя собственному половому влечению, освободиться от него и стать его наблюдателем. У женщины нельзя выделить ее сексуальность ни временным ограничением полового проявления, ни посредством анатомического, доступного глазу, органа, в котором бы это проявление было ясно локализовано. Поэтому мужчина знает свою сексуальность, тогда как женщина не сознает ее. Она с полным убеждением может отрицать ее: именно потому что она сама с головы до пят сексуальна, как это покажет дальнейшее исследование. Женщине, только потому, что она исключительно сексуальна, не достает необходимой двойственности для того, чтобы заметить свою сексуальность, в то время как у мужчины, обладающего чем-то большим, помимо полового влечения, сексуальность можно отделить не только анатомически, но и психологически от всего остального. Вот почему у мужчины есть способность занимать то или иное положение по отношению к сексуальности.
Add a comment...

Post has attachment
Головну роль у формації майбутнього письменника відіграє взагаі природа – картопля, коноплі, бур'яни.
Коли є в хлопчика чи в дівчинки нахил до замислювання, а навкруги росте картопля, чи бур'ян, чи коноплі – амба! То вже так і знайте, що на письменника воно піде.
І це цілком зрозуміло. Коли дитина замислиться й сяде на голому місці, хіба їй дадуть як слід подумати?
Зразу ж мати пужне:
– А де ж ти ото сів, сукин ти сину?
І натхнення з переляку розвіялося.
Тут і стає у пригоді картопля.
Так було й зо мною. За хатою недалеко – картопля. Сядеш собі: вітер віє, сонце гріє, картоплина навіває думки.
І все думаєш, думаєш, думаєш…
Аж поки мати не крикне:
– Піди подивися, Мелашко, чи не заснув там часом Павло? Та обережненько, не налякай, щоб сорочки не закаляв.
http://predmet.com.ua/b0599
Add a comment...

Post has attachment
В поэме «Весна в "Победе"» Грибачева умирает парторг Зернов. Его предсмертная агония изображена как процесс постепенного перехода в пространство коммунизма…
Сама смерть парторга представлена в поэме как попадание в рай – в центр наступившего коммунизма – в Кремль. Умирая, Зеров «видит свет кремлевских звезд», затем перед ним –

Асфальт. Брусчатка. Свод ворот.
Нет, он не пропуск подает,
А сердце…

И только после того, как часовой пропускает его в Кремль, оно встречается со Сталиным:

Ступень.
Еще одна ступень.
Широкий стол.
От лампы тень.
С полувопросом твердый взгляд.
Густых бровей спокойный взлет –
Он, полководец и солдат,
Навстречу медленно встает…

В этом последнем ночном разговоре, уже на том свете, вождь говорит парторгу Зернову, что умер тот не зря…
 

Евгений Добренко «Раешный коммунизм: поэтика утопического натурализма и сталинская колхозная поэма» у журналі «Новое литературное обозрение, №4(98)»
Add a comment...

Post has attachment
Обычно бываешь слишком захвачен тем, что происходит с тобой сейчас, чтобы вдруг взять и начать вспоминать детство. Вообще жизнь взрослого человека самодостаточна и – как бы это сказать – не имеет пустот, в которые могло бы поместиться переживание, не связанное прямо с тем, что вокруг.
Вот, например, с чего раньше начинался день: взрослые уходили на работу, за ними захлопывалась дверь, и все огромное пространство вокруг, все бесконечное множество предметов и положений становилось твоим. И все запреты переставали действовать, а вещи словно расслаблялись и прекращали что-то скрывать. Взять что угодно – самое привычное, хоть лежак – верхний, нижний – неважно: три параллельные доски, поперечная железная полоса снизу, и на каждой такой полосе по три выпирающих заклепки. Так вот, если рядом был хоть один взрослый человек, лежак, честное слово, как-то сжимался, становился узким и неудобным. А когда они уходили работать, не то он становился шире, не то появлялась возможность удобно на нем устроиться. И каждая из досок – тогда их еще не красили – покрывалась узором, становились видны годовые кольца, пересеченные когда-то пилой под самыми немыслимыми углами. То ли в присутствии взрослых они куда-то исчезали, то ли просто не приходило в голову обращать на такие вещи внимание под аккомпанемент тяжелых разговоров о пересменках, нормах и близкой смерти.

Виктор Пелевин «Онтология детства» у збірці «Все рассказы»
Add a comment...

Post has attachment
our new home
Add a comment...

Post has attachment
our new home
Photo
Photo
2 Photos - View album
Add a comment...

Post has attachment
PhotoPhotoPhotoPhotoPhoto
«8. Жіноча мережева проза», 2006
153 Photos - View album
Add a comment...

Post has attachment
«8. Жіноча мережева проза», 2006
Photo
Add a comment...
Wait while more posts are being loaded