Profile cover photo
Profile photo
По страницам Кентаврии
4 followers -
Уважаемые посетители! На этой странице Вы можете узнать о моем творчестве. Периодически здесь будут появляться мои новые рассказы.
Уважаемые посетители! На этой странице Вы можете узнать о моем творчестве. Периодически здесь будут появляться мои новые рассказы.

4 followers
About
Posts

Ход конем

Когда в гости пришел дядя Миша, Андрюшу посадили на диван, всучили карандаши, раскраски и предоставили самому себе. Такое перераспределение внимания малышу совсем не понравилось; он привык быть в центре событий. Пока гость шаркал ножкой и говорил любезности, малыш смотрел на него исподлобья и напряженно думал, как вернуть к себе внимание. Озарение пришло быстро. Андрюша достал шахматы, решительно подошел к дяде Мише и сунул ему в руки доску. Нахмуренные брови давали понять, что возражений он не потерпит.
Гость несколько удивился, что четырехлетний малыш уже умеет играть в шахматы, но возражать не стал. Тут же на диване они разложили доску и расставили фигуры.
Андрюша любил играть в шахматы. В какой другой игре можно за один присест съесть коня и слона, а если не насытишься, то можно и повторить? Игра казалась ему очень жизненной. Ведь мама часто повторяла, что надо больше есть. Конечно, она имела в виду невкусную кашу, но сути это не меняло. Вся тактика у Андрюши строилась на том, чтобы побольше съесть. В детском садике в этой игре ему не было равных. Правда, иногда попадались не честные на руку соперники, которые норовили выиграть жульническим способом. Методы были разные. Первый заключался в том, чтобы не отпускать из рук фигуру, которой ходишь. После тщательного осмотра поля боя рука убиралась. Здесь нельзя было медлить, так как вступал в силу второй метод жульничества. Если ты не успевал схватить злосчастную фигуру, то ее хватал твой соперник и говорил, что он хотел пойти совсем не так. Как говорится, хорошая мысля приходит опосля. Победителем в этом споре был тот, в чьей руке оказывалась фигура, а самое главное, ее надо было спрятать за спину – это считалось безоговорочным доказательством правоты. Третий метод жульничества – это украсть фигуру соперника. Дело сложное, но вполне выполнимое. Сам Андрюша никогда не опускался до такой пошлости, а попытки своих соперников пресекал на корню.
То, что дядя Миша знаком с азами этой игры, Андрюша понял после того, как сорвалась попытка поставить «Детский мат». Оно и понятно, не с ребенком играет. Это его нисколько не смутило, ведь в запасе была излюбленная атака двумя конями. Крючкообразное движение кавалерии взрослые почему-то называли буквой «Г». Что такое буква «Г» Андрюша не понимал, так как с азбукой еще не был знаком, но ему очень нравилось это витиеватое движение красивой фигуры, чья атака для его сверстников часто была непредсказуема, ведь они тоже не знали, как выглядит буква «Г». Особенно Андрюше нравилось конем ставить «вилку» – это когда соперник в любом случае что-то терял. Опять было непонятно, почему взрослые называют это вилкой? Ведь у вилки четыре зубца, а конь нападает только на две фигуры. Но Андрюша арифметику еще не изучал, а только освоил счет до пяти. В детском саду это было просто необходимо. Тебя начинали уважать, только если ты мог четко сказать, сколько тебе лет, с обязательным указанием половинок и четвертинок, которые показывались на пальцах.
Тем временем дядя Миша уводил свои фигуры, и никак не удавалось поставить ему «вилку». Тогда Андрюша прекратил гоняться за крупными фигурами и начал «кушать» пешки, которые его соперник совсем не жалел. Их скопилось уже целых четыре штуки.
Андрюша выстроил свой трофей в одну линию, очередной раз пересчитал, и наслаждался видом плененных воинов. В это время и прозвучало слово, которое заставило его вздрогнуть: «Мат».
Боже, как кощунственно и омерзительно звучит это слово в чужих устах.
Андрюша удивленно переводил взгляд с шахматной доски на дядю Мишу и обратно; из его глаз начали капать слезы, а еще через мгновение он разрыдался.
Слезы ребенка ввели дядю Мишу в сильное замешательство; его нижняя челюсть отвисла, и он не мог вымолвить ни слова. Родители Андрюши пытались утешить гостя, но малыш своим ревом заглушал их щебет.
Мама схватила сына и увела в другую комнату.
Андрюша сидел на кровати, сосал леденец на палочке и размышлял о превратности жизни. Оказывается, поражение может приносить не только огорчение, но и радость. Традиционные субботние сладости можно получить досрочно!
В следующий раз, когда придет в гости дядя Боря, надо будет сделать ход конем…
Add a comment...

Детский мат

Мы смотрели друг на друга и не могли вымолвить ни слова. Оба понимали, что совершили глупость; ту непоправимую, не поддающуюся никакой логике ошибку, которую невозможно ни объяснить, ни исправить. Такое случается с каждым человеком и каждый раз это происходит неожиданно.
Играя белыми, я всегда делал первые три хода автоматически; выстраивал комбинацию, позволяющую поставить своему сопернику «Детский мат». Этот самый короткий мат в шахматных баталиях я никогда и никому так и не поставил. О нем все знают, его не боятся, так как защита от него очень простенькая и эффективная. Тем не менее, каждый раз я начинал партию именно так. С этой позиции и начинал развивать события, заставляя своего соперника только обороняться.
В этот раз все происходило по проверенной схеме. Я как обычно сделал стандартные три хода; соперник вяло передвинул три свои фигуры. Надеясь усыпить его бдительность, и показать, что на правом фланге я ничего больше не затеваю, начал атаку конем с левого фланга. Мой натиск тут же блокировали, но я подтянул пешки, усиливая давление… Вот тут-то и произошло событие, которое повергло меня в глубокую задумчивость. Соперник отвлекся от моей атаки и сделал то, что должен был сделать в начале партии на третьем ходу. Он вдруг увидел, что все это время находился под угрозой «Детского мата». Только после того, как мой соперник ликвидировал угрозу, я понял, что уже давно мог победоносно закончить эту партию.
Мы сделали еще несколько ходов. У обоих настроение было отвратительное. Понимая, что партия получается трагикомичной, мы пожали друг другу руки и согласились на ничью.
Позже мне на ум пришло только одно объяснение – все мы обрастаем за нашу жизнь некоторыми стереотипами поведения. Простенькие действия, выполняемые изо дня в день, заставляют нас делать их бездумно, автоматически; нас никогда не посещает мысль, чтобы сделать это как-то по-другому, не так, что-то изменить. Однажды заведенный порядок не меняется десятилетиями и выполняется, как обязательный и святой ритуал. Так вырабатываются привычки, которые следуют вместе с нами всю жизнь. Они создают нам комфортное существование, но полностью убивают творческие начала.
Add a comment...

Post has attachment
И смех и грех
 
Трамвай уныло плелся по вечернему городу. На задней площадке веселая компания молодых людей старалась говорить тихо, но, то и дело срывалась на дружный хохот. Остальные пассажиры, хоть и неодобрительно, но спокойно переносили это вынужденное соседство. Одна старушка даже задремала. Многолетний стаж передвижения на общественном транспорте выработал привычку ни на что не обращать внимание. На ее сон никак не влиял лязг и грохот колес, а мерное покачивание ветерана перевозок только убаюкивало.
Голова старушки периодически падала на грудь. В такие моменты женщина открывала глаза и глядела в окно, убеждалась, что не проспала свою остановку и опять засыпала. Но как бы ни был глубок ее сон, тело не теряло равновесие, а тонкие старческие пальцы не отпускали бечевку, которой была обвязана коробка, лежащая у нее на коленях.
Бабушкина поклажа заинтересовала веселую компанию. Один из парней держал в руках коробку с тортом, но она была намного меньше, чем у старушки. Количество ртов на единицу сладостей было не в пользу молодежи, поэтому они решили устранить эту социальную несправедливость. Подбадривая друг друга тычками в бок, двое парней медленно подошли к старушке. Один из них резким движением вырвал у старушки коробку, а другой положил ей на колени свою.
Все это было сделано очень быстро и вовремя – трамвай прибыл на остановку и двери открылись. Старушка вздрогнула, но ощутив в руках жесткий картон, не стала открывать глаз, а продолжила дремать. Молодые люди в это время, толкаясь и смеясь, выскочили из трамвая.
От бдительных пассажиров данное озорство не ускользнуло. Они дружно осудили молодежь, а самые активные даже успели вдогонку послать проклятие на головы хулиганов. Но так как никто не собирался пуститься в погоню, то активисты народного негодования ограничились тем, что разбудили старушку и поведали ей о постигшем ее несчастии.
Старая женщина некоторое время непонимающим взглядом смотрела то на коробку с тортом, то на пассажиров, но когда трамвай остановился, быстро встала и покинула его.
 
Степанида Даниловна вместе со своей соседкой пила чай. На столе, кроме чайных принадлежностей стояла только маленькая коробка с тортом. Обе молча кушали торт и запивали его ароматным чаем, иногда прерывая это занятие тихим вздохом.
– Даниловна, да не убивайся ты так, – нарушила молчание соседка, – Бог накажет этих злыдней.
– Да не обижаюсь я на них. Барсика жалко, хотела похоронить его по-людски, за могилкой ухаживать. А теперь… – Степанида Даниловна тяжело вздохнула, и из глаз потекли слезы.
Photo
Add a comment...

Post has attachment
Моя малая проза на сайте Inkspired
PhotoPhotoPhotoPhotoPhoto
2016-04-24
8 Photos - View album
Add a comment...

Хам

Как только становлюсь на ступеньку эскалатора, то сразу вспоминаю детство. Вот и сейчас навеяло теми беззаботными временами, когда родители тащили тебя за руку по бесчисленным переходам метро. Как здорово было коснуться ногой непрерывно движущуюся дорожку, быстро превращающуюся в лестницу. Хотелось попрыгать и побегать по ступенькам, особенно в обратном направлении. Но строгие скучные взрослые заполняли все пространство и двигались только в одном направлении. С нетерпением ждал, когда покажутся страшные и опасные зубья эскалатора, которые только и ждут, чтобы вцепиться в подошву ботинок зазевавшихся путешественников. Я сосредотачивался и в последний момент быстро прыгал вперед, каждый раз радуясь, что так удачно избежал стальных зубов чудовища, иногда натыкаясь при этом на впереди идущего человека.
– Хам! – столь бесцеремонное обращение, обернувшейся ко мне толстой женщины, быстро выветрило мои воспоминания о детских годах и вернуло в реальность. 
Неадекватное поведение этой тетки меня ошарашило и смутило. Я решительно не понимал, чем вызвал гнев этой особы. Женщина же скривив презрительно-возмущенную гримасу, поднялась на ступеньку выше. Освободившееся пространство тут же заняла молодая парочка.
– Нет, ну вы посмотрите на этих озабоченных мужиков! – снова раздался знакомый голос, заставивший всех посетителей метро обратить свои взоры в одну сторону, – мало ему одной женщины, так он еще пытается своими шаловливыми ручонками завладеть чужим добром!
Молодой человек, к которому были обращены эти слова, так же, как до этого и я, ошарашено уставился на источник возмущения. Одной рукой он обнимал свою возлюбленную, а другой судорожно вцепился в резиновую ленту поручня, и удивленно-пугливо уставился на скандалистку. Юноша покраснел, но ни слова не сказал в ответ на столь шокирующее обвинение. Тем самым, как бы подтверждая выдвинутое в свой адрес обвинение.
Добротная женщина тем временем высказала все, что она думает о мужчинах, не забывая наполнять свою речь нелицеприятными эпитетами, которые совсем не украшали красивый и могучий русский язык.
Я же неожиданно понял, что именно возмутило женщину, и невольно тоже покраснел. Моя рука, крепко державшая движущуюся ленту эскалатора, медленно, но уверено двигалась вперед. Еще несколько секунд и она коснулась бы талии впереди стоящей девушки. Я быстро отдернул руку и сунул ее в карман – от греха подальше. Что-то объяснять окружающим меня людям не хотелось, так-как давно известно, что возмущенный разум логику не воспринимает, а только еще больше распаляется. Поэтому молча дождался конца пути, перепрыгнул финишную линию эскалатора, наступил на пятку девушке, буркнул: «пардон» и быстро устремился на выход.
Для себя же решил, на будущее, что в общественном транспорте недопустимо предаваться всякого рода воспоминаниям, мечтать и впадать в глубокую задумчивость. Надо всегда держать себя в руках, а еще лучше держать себя руками, дабы избежать нечаянного рукоприкладства в отношении мнительных граждан и не прослыть хамом.
Add a comment...

Post has attachment
СВЯТАЯ ПРОСТОТА

«Святая простота» – книга, увидевшая свет в результате проведения конкурса юмористических рассказов, объявленного в Год литературы государственным бюджетным учреждением культуры «Сахалинская областная универсальная научная библиотека» и посвященного 155-летнему юбилею А.П. Чехова. Рассказы шестидесяти пяти авторов вошли в шорт-лист конкурса и в предлагаемую читателю книгу, которая пополнит фонды библиотек Сахалинской области.
Photo
Add a comment...

Post has attachment
8 декабря, Москва.
В Доме русского зарубежья им. Александра Солженицына состоялась церемония награждения победителей литературного конкурса Фестиваля литературы и искусства «Русский Stil». Награждали тех, кто не смог приехать на церемонию награждения в Германию.
PhotoPhotoPhotoPhotoPhoto
2015-12-09
14 Photos - View album
Add a comment...

Post has attachment
Москва, библиотека им. Агнии Барто, 20.11.15
Церемония награждения победителей "Ежегодной книжной премии".
PhotoPhotoPhotoPhotoPhoto
2015-11-21
6 Photos - View album
Add a comment...

Добрый день, Андрей Вениаминович!

Сообщаем вам, что ваши рассказы "Дождинки слез под музыку Вивальди" и "Торт "Киевский" прошли  конкурсный отбор редакционной коллегией для участия в альманахе на русском и французском языках «Жемчужины современной русской словесности», издаваемом Союзом независимых авторов и издателей при поддержке Русского литературного центра.

Выход  альманаха планируется в январе. Его презентация состоится на Парижском книжном салоне-2016 в марте, а также в Центральном Доме журналиста в Москве. В рамках мероприятия в Москве состоится: торжественное вручение дипломов, литературные чтения участников альманаха (лауреатов),  победителей, а также приглашенных гостей – литературных критиков и известных писателей. Ведущий мероприятия – Председатель редакционной коллегии, радиоведущий, критик, руководитель литературного департамента медиахолдинга «Московская правда» Никита Митрохин.

Для публикации в альманахе необходимо определиться с объемом произведений, которые будут представлены  в нем  (отрывки или цельные произведения -  из расчета две страницы – оригинал и перевод – 2500 руб.). Одна страница для прозы – 1800 печатных знаков с пробелами, для поэтических произведений – 30 строк с пробелами.

Альманах «Жемчужины современной русской словесности» будет отправлен:

- В русский книжный магазин в Париже Librarie du Globe, где продаются французские издания русских авторов, а также книги, изданные в России;

- Российский центр науки и культуры в Париже;

- Союз российских соотечественников Франции;

- В старейший университет Франции – Сорбонну.

Альманах также будет распространяться в следующих магазинах: ЛитРес, OZON, AMAZON, в книжной сети «Китония», через книжный каталог Почты России, а также передан крупным библиотекам в города России.

Набор  в альманах осуществляется до 25 ноября включительно.

Ответьте, пожалуйста, какой объем присланных произведений вы планируете издать в альманахе?

 

 

С уважением,

координатор литературных программ

Союза независимых авторов,

Литературный консультант

Издательского Дома «Московская правда»

по программе  «Бумажный ранет»
Олеся Мицук
Add a comment...

Червь сомнения
 
Николай Иванович смотрел на молодых людей и клял себя за то, что пришел на эту лекцию. Самому «старому» из них было намного меньше лет, чем его младшему сыну. Молодежь, вооружившись ручками и блокнотами, старательно записывала все, что говорил лектор. Он был для них кумиром, а его речи являлись откровениями человека, посвященного в таинство художественной литературы. Этими секретами он и делился с молодым поколением. Красиво излагал. Ни разу не заглянул в шпаргалку, ни разу не запнулся, а только делал паузы, подчеркивая значимость сказанного. Уверенным тоном давил аудиторию своим авторитетом. С таким не поспоришь. Впрочем, молодые люди сидели здесь не для споров, а чтобы приобщиться к великому искусству, чтобы узнать секреты рождения гениальных произведений. Сам же Николай Иванович пришел сюда, в надежде найти ответы на мучавшие его вопросы.
Лектор говорил о начинающих авторах, об ошибках и причинах побуждающих их заняться писательским ремеслом. Все разложил по полочкам, но не указал главный стимул – слава. Ведь знает, что многие, взявшиеся за перо, мечтают именно об этом. Надеются купаться в потоке читательской любви и сказочно разбогатеть. А может лектор просто тактичный человек, поэтому и не стал затрагивать столь щекотливую тему? Многие именитые писатели всегда отрицали, что мечтали о славе. Хитрили или говорили искренне? Принимать награды любят все, а вот признаться, что это приятно – неприлично. Николай Иванович к похвале и порицанию относился одинаково – он стеснялся и даже краснел. Поэтому, сам не мог понять, нужна ли ему слава, от которой сплошные хлопоты или достаточно скромных одобрительных слов о своем творчестве.
Что побудило его заняться писательской деятельностью? Наверное, разочарование, которое он испытал после прочтения скучного и нудного детектива. Захотелось попробовать и доказать самому себе…
Такого вдохновения, как при написании своего первого произведения, Николай Иванович больше никогда не испытывал. Это был полет не только мысли, но и души. Впервые в жизни он получал удовольствие не от конечного результата своего труда, а от самого процесса. Получилось плохо, но это его не огорчило и не остудило пыл. Николай Иванович перешел на совершенно другой уровень понимания литературы. Словно актер, наблюдающий спектакль из-за кулис, он начал видеть то, что недоступно зрителю из зала.
Однажды ему пришел ответ из издательства: «Мы считаем, что ваш роман не будет иметь коммерческого успеха…» Это сообщение его больше озадачило, чем огорчило, заставило задуматься о том, а ради чего он вообще пишет? Сказать, что деньги ему не нужны, было бы неправдой. Но так же он точно знал, что не ради презренного металла окунулся в этот бездонный океан радости и разочарования, называемый творчеством. Теперь Николай Иванович не мог без этого жить. Если он несколько дней не садился за компьютер и не написал ни одной страницы, то начинал задыхаться, словно рыба, выброшенная на берег. Его мозг был постоянно загружен сюжетами, диалогами и образами героев еще ненаписанных книг…
Технический вуз накладывает свой отпечаток на образ мышления, а точные науки заставляют думать о логике. Вот и сейчас Николай Иванович невольно уловил маленькое несоответствие, поймав лектора на противоречии. Сначала тот сказал, что надо учиться у классиков, а потом заявил, что стиль – это прерогатива автора. Тут ему никто не указ. При написании рассказа или романа необходимо следовать определенным правилам и только гениям разрешено их нарушать.
Николай Иванович пробовал учиться у классиков, но быстро оставил эту затею. Другая эпоха, другие нравы и мировоззрение, другой язык и построение предложений… В последнее время он ничего не читал – боялся, что невольно снизойдет до плагиата. Ведь за тысячелетия авторы уже перепахали все волнующие человечество темы вдоль и поперек, а некоторые фразы стали повторяющимися штампами.
Ничего не сказал лектор молодым литераторам о другой стороне творчества – о том вакууме, в котором оказывается автор, на чье творение издатели не обратили своего взора. Обволакивающее молчание из эфемерной пустоты превращается в реальную тяжесть, которая давит на каждую клетку воспаленного мозга. Терзания, сомнения и бессонные ночи выматывают несчастного сочинителя и морально и физически. Если это длится годами, то постепенно начинает угасать вера в себя, опускаются руки, и хочется отступиться и забыться.
Чем больше знаешь, тем сильнее тебя терзают сомнения. Вопрос о том, что такое хорошо, а, что плохо, не кажется таким уж ясным и однозначным. Современники ругали Пушкина и Лермонтова. Джек Лондон был в замешательстве, когда его рассказы, много раз отвергнутые издателями, стали востребованы. Так кто определяет достоинство того или иного произведения? Читатель, критики, редакторы издательств или время? Кто ставит окончательный вердикт, который обжалованию не подлежит?
Николай Иванович первым вышел из аудитории. Лекция ему понравилась. Всегда приятно послушать умного человека. Вот только его слова нужно воспринимать, как информацию, а не догму. Иначе вольешься в армию подражателей и в лучшем случае станешь хорошим подмастерьем. Мастером же становится только тот, кто хорошо усвоил правила, но смело через них переступает и прокладывает собственный путь сквозь дебри творческого хаоса. Впрочем, кто это знает наверняка?
 
Add a comment...
Wait while more posts are being loaded