Profile cover photo
Profile photo
Daniel Orlov
57 followers -
Russian PEN-Center
Russian PEN-Center

57 followers
About
Daniel's posts

Post has attachment
В журнальном зале выложили "День шахтёра", который вышел в "Дружбе народов". Эта первая часть романа "Чеснок". Таким образом, четыре части романа опубликованы отдельными повестями в журналах. Я очень благодарен за это моим милым редакторам.

В районе Ульянки, где я ходил в школу, жил всем известный сумасшедший, которого мы прозвали "лектор". Он появлялся в людных местах в плаще с оборванными и вновь пришитыми рукавами, с портфелем подмышкой и начинал вещать. Запомнилась великая максима, высказанная им в троллейбусе: "Государство призывает нас оплачивать проезд, но само же препятствует этому, создавая тряску". Это я к тому, что по количеству буйных, резвящихся в сети, явно диагностируется окончательный приход весны. С чем всех и поздравляю.

Post has attachment
Тут несколько слов об Исаакиевском соборе. Принимаю тухлые помидоры, огрызки и прочую снедь с утра воскресенья по вечер среды в письменной форме. Ни слова не сказал, ни за, ни против. Только оценил ситуацию.

Post has attachment
Спасибо Егору Серову за этот отрывок. Кстати, в тексте есть авторская опечатка, которая весьма заметна при чтении вслух. В качестве фона для видео я хаотично накидал куча старых фотокарточек со времени моей собственной учебы.


Хорошо, что поэзию я забросил. Не моё это дело. Однако иногда приятно почитать у себя что-то такое мудрёное. Тоже четверть века назад написано. Ещё до стрельбы танками по парламенту.
* * *
Я не подам пустынным мостовым
спешащий шаг предутренних маршрутов.
Но всякий раз завидую кому-то,
кто в ранний час троллейбусом пустым,
промежду век везёт остатки сна
а на щеке привычное дыханье.
Принявши яд рассветного изгнанья,
меня он с чашей видит у окна.
Я здесь секретов чуткий часовой.
И мне будильник – мытарь и приятель.
Я здесь ценитель самых разных платьев
и женщин, уходящих в них домой.
Часам прощен давно неспешный ход.
Грех опозданья - лучший из возможных.
Щекоткой поцелуев осторожных
меня разбудит полдень,- не восход.
И что вчера, что завтра, что теперь
одной и той же мукой неучастья
моя квартира делится на части,
На комнаты, на кухню и на дверь.
Сипит приемник. Скука на сносях.
Вот-вот родит дитя греха и блуда.
Волхвы придут, не знаю уж откуда,
Им все равно, кто там лежит в яслях.
Им все равно, какой Иерусалим
привычно точит нож детоубийства.
Им незнакомо таинство витийства,
куда как проще и не знаться с ним.
Сую волхвам остаток сигарет.
Нелегок путь, и скудно подаянье.
Неверие мое, непониманье
Мне прощены за молодостью лет.
И липнет, словно нить к веретену,
прошедший день к шагам их деловитым.
Погашен свет, и форточка открыта.
Я выше одеяло натяну.
И тишина защелкает кнутом
на кухне незавернутого крана.
Все. Видит Бог, я завтра встану рано.
Нет. Завтра вряд ли...Может быть потом.
* * *
© Даниэль Орлов (Санкт-Петербург, 1993)

Post has attachment
* * *
Подруга, не зови меня в Москву!
Она со мной не разведёт тоску.
Она, возможно, чище и нарядней,
Чем этот город, но он мне милей.
Пусть в небе не гоняют голубей,
И с крыш давно исчезли голубятни.
Здесь нет почти булыжных мостовых,
И вряд ли сыщешь улочек кривых.
Здесь прямота единственным законом.
Здесь небо близко, люди далеки.
Шальные здесь гуляют сквозняки
Европы ароматом незнакомым.
Нет, он не друг. Он даже не сосед.
И странно, что его роднее нет.
Его мосты, как длинные ресницы.
И в души нам меж набережных-век
Взирает строго, уже скоро век
Изгнанником опальная столица.
Подруга, не зови меня в Москву,
Покуда медной стрункою в мозгу
Ещё не заиграло равнодушье.
Пока ещё нет времени стареть,
Пока несу в своём монастыре
то крест непослушанья, то послушья.
* * *
© Даниэль Орлов (СПб., 1993)
Photo

Post has attachment
Посетил как-то замечательный музей Арктики и Антарктики. Ознакомился с концепциями ледоколостроения, теорией таянья льдов, оценил скудную подводную антарктическую фауну и подивился педальному электрическому велогенератору.
Самые позитивные эмоции принесло моей семье чтение страниц вахтенного журнала ледокольного корабля "Ермак".
Цитирую...
"Распоряжение №24
22 октября 1952г. Карское море.
Пекарь Трапезников В.П. 20 октября с.г. не был допущен к выпечке хлеба, ввиду пьяного состояния,(Ахтунг!) чем совершил прогул. За допущенный прогул пекарем Трапезниковым В.П. дело о нём передать на рассмотрение товарищеского суда.
Основание: рапорта ст. пом. к-на, судового врача и (увязавшегося за ними) завпрода."
Мы оценили трагизм случившегося, дословно переписали текст распоряжения в блокнотик и только тут на соседней странице заметили:
"Кочегар 1 кл. Ефимов Б.Г., будучи на вахте 19 октября с.г. с 12:00 до 15:00 - напился пьяным и был снят старшим с вахты" Дальше опять про суд и прочее.

Оказывается, что гражданина Трапезникова не научил печальный опыт гражданина Ефимова. Вообще, откровенных разгильдяев набрали в ледовый поход, разгильдяев и пьяниц. Это, между прочим, герои-полярники.
Тут всё про литераторов сокрушается, мол пьют, матом ругаются и на собраниях бузотёрят. Давно пора махнуть рукой на их образ жизни и образ мысли. Они не станут героями наших книг.
Photo
Wait while more posts are being loaded